Что делать, если внезапно выходит из строя телефон или телевизор? Вероятнее всего, отправиться в официальный сервисный центр, если техника еще на гарантии, или выбрать ближайшую мастерскую, чтобы сэкономить. Однако вопрос ремонта оказывается не таким уж простым. Крупные компании искусственно ограничивают возможности пользователей, вынуждая их обращаться исключительно в авторизованные сервисы. Они не продают критически важные комплектующие независимым ремонтным центрам, не предоставляют детальные руководства по починке, а также используют программное обеспечение для блокировки неоригинальных запчастей. В результате владельцы устройств вынуждены либо переплачивать за ремонт, либо вовсе покупать новую технику. В США эта проблема стала поводом для активного общественного сопротивления, в том числе со стороны движения Right To Repair. Разберемся, каких успехов оно добилось.

Как компании ограничивают право на ремонт?

Право на ремонт предполагает возможность владельцев свободно чинить свою технику без вмешательства производителя. Казалось бы, это вполне естественное и доступное право, но на практике все сложнее.

Многие производители электроники, автомобилей, медицинского и сельскохозяйственного оборудования ограничивают продажу запчастей и специализированных инструментов, предоставляя их исключительно официальным дилерам. Помимо этого, компании препятствуют использованию неоригинальных комплектующих. Например, Apple активно блокирует сторонние экраны и аккумуляторы, автоматически отключая функции вроде True Tone и Face ID в случае их установки.

Еще один способ контроля — отсутствие подробных инструкций по ремонту. В современных устройствах практически невозможно найти руководство по замене комплектующих. Автомобильные мануалы тоже больше не содержат детальных схем для самостоятельного ремонта.

Кроме того, производители целенаправленно усложняют конструкцию техники, делая ее менее пригодной для ремонта. В погоне за компактностью многие компоненты спаиваются в единый модуль. Например, в современных ноутбуках основные детали интегрированы в материнскую плату, из-за чего при выходе из строя одного элемента приходится заменять всю плату целиком. Разборка некоторых устройств также стала крайне сложной: Apple Watch представляют собой практически монолитную конструкцию, склеенную настолько прочно, что разборка требует специальных инструментов и навыков.

Юридические ограничения — еще один способ контроля. Многие производители аннулируют гарантию, если владелец обращается в неофициальный сервис. Это вынуждает пользователей чинить устройства у производителя по завышенной цене.

Также компании используют программное обеспечение для ограничения ремонта. В США некоторые детали просто не работают без активации через специальный софт, который передается только официальным сервисам. Например, замена льдогенератора в холодильнике General Electrics потребует не только физического ремонта, но и перепрошивки материнской платы с помощью фирменного ПО. Доступ к нему стоит 919 долларов в год плюс 199 долларов за специальный кабель — иногда такая сумма превышает стоимость нового холодильника.

Зачем это нужно компаниям?

Основная причина подобных ограничений — прибыль. Чем сложнее и дороже ремонт, тем выше вероятность, что пользователь решит просто купить новое устройство. К тому же, если независимые мастерские не могут выполнять ремонт, авторизованные сервисные центры получают больше клиентов и могут устанавливать высокие цены.

Производители оправдывают такие меры заботой о безопасности пользователей: мол, некачественный ремонт может привести к поломкам и несчастным случаям. В случае программных ограничений они ссылаются на вопросы кибербезопасности и защиту авторских прав на ПО.

Как в мире борются за право на ремонт?

В США активную борьбу за это право ведет движение Right to Repair, основанное в 2013 году. В него входят волонтеры, правозащитные организации и независимые ремонтные центры, сталкивающиеся с монополией производителей. Движение добивается принятия законов, обязывающих компании предоставлять доступ к запчастям, инструментам и инструкциям.

Эти усилия дают результат: в 21 штате сейчас рассматриваются законопроекты о праве на ремонт, а в шести — Калифорнии, Колорадо, Миннесоте, Мэне, Нью-Йорке и Орегоне — уже приняты соответствующие законы. В других штатах обсуждения продолжаются, а в феврале 2025 года законопроект начали рассматривать и в Висконсине.

Законы о праве на ремонт варьируются в зависимости от штата. Например, в Нью-Йорке и Калифорнии производители бытовой техники обязаны продавать запчасти и предоставлять инструкции независимым мастерским. В Колорадо аналогичный закон касается сельскохозяйственной техники. В Орегоне компаниям запрещено ограничивать функциональность устройств при установке сторонних комплектующих.

Под давлением общественности даже крупнейшие корпорации начинают идти на уступки. В 2021 году Apple запустила программу Self Service Repair, позволяя владельцам заказывать оригинальные детали. В 2024 году в iOS появилась функция Repair Assistant, которая помогает синхронизировать замененные компоненты. Однако, как показывают эксперименты, процесс самостоятельного ремонта все еще остается сложным.

Что с правом на ремонт в других странах?

За пределами США движение за право на ремонт развивается медленнее, но уже добилось некоторых успехов. В Канаде местные законы защищают право на ремонт в отдельных провинциях, хотя пока не охватывают весь спектр техники.

В Евросоюзе работает коалиция Right to Repair Europe, объединяющая более 140 организаций. В 2024 году ЕС принял директиву о ремонтопригодности, но активисты считают ее недостаточно строгой, так как у производителей остается слишком много лазеек для обхода ограничений. Австралия и Новая Зеландия также принимают законы в этой сфере, но охват техники пока ограничен.

Важно, что принятие законов — лишь первый шаг. Необходимо следить за их соблюдением и вводить санкции для нарушителей. Например, закон о ремонте автомобилей в Массачусетсе 2012 года обязал производителей делиться диагностической информацией. Однако его соблюдение контролировалось слабо, а автопроизводители не несли наказания за нарушения. Это показывает, что без жесткого контроля даже принятые законы могут оставаться на бумаге.